Archive for the Неподвижная гора Category

Неподвижная гора

Posted in Неподвижная гора with tags , , on 29.12.2011 by Adina

С молодого поэта Насими за оскорбление Бога и чувств верующих живьём содрали кожу и расчленили. На одном местном портале за подобное пока что только перекрывают доступ к ресурсу. Это весьма показательный прогресс в вопросах толерантности Ислама к инакомыслию. С другой стороны, если учесть, что такого прогресса Ислам достиг в течение 600 лет, а именно столько прошло со времени казни Насими, то абсолютной толерантности, на подобии христианства, придётся ждать уже нашим прапра…правнукам. Хотя, если посмотреть на общую картину, то прогресса как такового не наблюдается.

Было время, когда арабы были жемчужиной Востока. С VII по XIII век, прогрессивные люди с Запада поражались тем знаниям, которыми владели арабы того времени. Арабский халифат был крупнейшим государством, в котором сложилось общемусульманское культурное пространство. Исламские учёные, писатели и деятели искусства того периода внесли значительный вклад в развитие мировой науки и культуры.

Но заслуга ли это Ислама? За 300 лет до нашей эры Александр Македонский, отправляясь на Восток, поставил себе целью уничтожать варварство и невежество. Но столкнувшись там с высокоразвитым обществом, проникся к ним любовью и стал заключать мирные договора и сочетать своих воинов браками с женщинами Востока. Однако арабов среди них не было. Арабы пришли с Исламом позже и уже на основе имеющихся знаний и богатств завоёванных стран, стали поднимать свою репутацию.

Например, утверждая, что понятие нуля было введено арабами, современный мусульманин может сослаться только на арабского математика Мухаммеда ибн Мусу Аль-Хорезми, который около 810 года нашей эры ввел десятичную систему исчисления и прибег к нулю. Но мусульмане ошибаются. Потому что Мухаммед ибн Муса Аль-Хорезми сам заявлял в своих трудах, что десятичной системой исчисления мы обязаны не ему. Он заимствовал ее у индийцев, в частности у известного индийского математика Брахмагупты, жившему в самом начале VII века. По мнению некоторых современных ученых Брахмагупта открыл понятие нуля позже, чем оно появилось у индейцев Майа. Так что девять историков математики из десяти признают открытие нуля не за Аль-Хорезми.

Или возьмём к примеру Омар Хайама, которого часто предсталяют как философа-мусульманина. Омар Хайам не был арабом. Он был персидским мыслителем, сыном сапожника, который принял ислам лишь на склоне лет по настоянию духовенства. Уж не знаю под каким впечатлением он вернулся из Мекки, куда поехал так же – по настоянию духовенства, но вернулся он оттуда угрюмым молчуном, который перестал давать уроки и писать рубаи.

И последним примером можно назвать сборник «Тысяча и одна ночь», который арабы преподносят, как часть своей культуры. Я читал эту книгу в детстве. Читали ли её сами арабы или остальные почитатели арабских традиций – не знаю, но прочитать следует. Хотя бы для того, чтобы прояснить для себя, что все же не стоит ставить эти милые сказки в один ряд с «Илиадой» и «Одиссеей», с «Диалогами» Платона, с «Энеидой» Вергилия, с «Божественной комедией» Данте, с комедиями и трагедиями Шекспира, «Критикой чистого разума» Канта и т. д. Это было бы несерьезно.

После распада того самого Халифата, развитие исламской (?) культуры постепенно, но верно, стало замедляться. К этому времени европейцы уже переняли знания, которыми владели мусульмане и стали активно продвигать их на Западе. Учитель начинал страдать болезнью Альцгеймера, а ученик с каждым днём умнел.

Что имеет Ислам на сегодня?

«Очевидно, что не все мусульмане — террористы, но, как бы это прискорбно не звучало, большинство террористов в мире — мусульмане. Убийцы детей в Осетии — мусульмане. Похитители и убийцы непальских рабочих — тоже мусульмане. Те, кто насилует и убивает в Дарфуре — мусульмане. Те, кто взрывал жилые комплексы в Эр-Рияде и Аль-Кобаре — мусульмане. Те, кто похитил двух французских журналистов — мусульмане. Две женщины, взорвавшие два самолета в России — мусульманки. Бен Ладен — мусульманин и Аль-Хаюси (глава террористической группы в Йемене) — мусульманин. Большинство тех, кто взрывает автобусы, школы и жилые дома по всему миру последние десять лет — тоже мусульмане.
Это ужасный отчет. Разве это не говорит кое-что о нас, о нашем обществе и нашей культуре? Если мы соединим все эти картины вместе, то увидим страшный, смущающий и оскорбляющий нас образ. Мы должны признать его подлинность, а не составлять красноречивые речи, объявляющие нашу невиновность.
Мы должны понять, что мы не сможем исправить состояние нашей молодёжи, совершающей эти позорные действия, пока её умы обрабатываются шейхами, посылающими чужих детей на смерть, а своих — в европейские университеты» (Абдель Рахман Абд-Рашид, редактор Лондонской газеты «Аль-Шарк Аль-Авсат»)

«Если герои мусульманского насилия и терроризма не представляют истинный Ислам, то кто же тогда его представляет? Болезненная правда состоит в том, что происходящее насилие и варварство являются естественным следствием оболванивания поколений мусульман, в течение десятилетий пичкаемых речами, заполненными враждой и ненавистью к другим народам, это, в конечном счёте, усугубило отсталость и невежество исламского мира» (Сулейман Аль-Хатлан, журналист cаудовской газеты «Аль-Ватан»)

«Арабы и мусульмане не вносят в цивилизацию ничего, кроме крови, отрубленных голов, сожённых тел, похищеных и убитых детей» (иракский журналист Азиз Аль-Хадж на сайте «Elaph»)

«Легче предаваться иллюзиям и возлагать ответственность за преступления арабских и мусульманских террористических организаций на Моссад, сионистов и Америку. Но мы то знаем, что дело обстоит не так и что те, кто похищает и убивает невинных гражданских жителей в Ираке, те, кто превратил гражданские самолеты в разрушительные бомбы, те, кто взорвал поезда, переполненные невинными гражданами и те, кто стрелял в детей в школе в Осетии — они вышли из нашей среды. Они — арабы и мусульмане, которые молятся, постятся, носят бороды, требуют ношения паранджи и призывают к исламской справедливости» (Батер Вардам, комментатор иорданского ежедневника «Аль-Дустур»)

«Арабы утратили свое былое достоинство, человечность и культуру. Показная храбрость и пустое бахвальство, которые не приносят никакой пользы. Арабы придумали или нашли нуль? И что они с ним сделали? Некоторые на него сели, некоторые положили его на голову, а другие надели его на пояс и стали трясти бедрами, животами и грудями, чтобы убедить мир в том, что современные арабы чем-то занимаются. Арабы сегодня – это ни что иное, как тысячи нулей.
Они отстают в развитии и никак не приспособлены к цивилизованному обществу. И нет никаких оснований полагать, что они могут произвести что-то ценное, и что на них можно рассчитывать в этом плане. Я не говорю об истории. Я говорю о современных арабах. Они экспортируют в Европу шаурму, фалафель и люпин и считают, что привозят туда что-то арабское. Посмотрите, как живут арабы на Западе. С именем Аллаха на устах, они подают плохой пример. Если вы слышите о ворах, то это всегда арабы. Когда молодой человек пристает к девушке на улицах Лондона или Парижа, то все время оказывается, что это был араб. В арабах можно найти все отрицательные нравственные ценности.
А что они дают науке? Абсолютно ничего. Если Вы спросите арабов, смогут ли они к 2015 году высадиться на Луне, они скажут: да, с помощью Аллаха, арабы доберутся до Луны. На самом деле они не уйдут дальше нескольких сотен километров от своего дома. Это пустые слова»
 (алжирский писатель Анвар Малик, из интервью на канале «Аль-Джазира», 3 марта 2009 года)

Сегодня именно это и есть сущность под названием Ислам. Да, на нём есть и положительные черты. Например — затылок. Но его не видно в зеркале, когда Ислам становится перед ним, чтобы полюбоваться собой. Его практически не видно. Иногда рука его почёсывает в недоумении, но выдать больше, чем «это просто неправильные мусульмане» этот организм не в силах. Эта идеология полная лицемерия. Мусульманин с радостью и гордостью будет объявлять на всю страну, что 99,2% населения нашей страны мусульмане, но когда ты попросишь его быть ответственными за своих братьев по вере, он от них отрекнется словами «это неправильные мусульмане». Любая невыгодная для них историческая информация попросту объявляется ложью лишь на том основании, что «это не может быть правдой по мнению их учёных». Простите, это учёные в какой области? Они не историки. Они богословы. Это даже не учёная степень. Те единицы разумности, которые порой всплывают среди всей этой массы, захлёбываются в океане необразованности, невежества и агрессии. Их уже не хотят слышать даже среди своих.


Неправильные мусульмане? Толпы подобных мусульман заполняют улицы. Исламабада, площади Найроби, мечети Тегерана и других городов Ближнего      Востока. (Хочу здесь оговорится, и сказать, что речь идет о фанатично настроенных, ортодоксальных последователях организованной религии, а не обо всех верующих). Ожесточенные лица, грозные кулаки. В кострах горят флаги западных стран и фотографии глав правительств. Экстремистские крайности?! Фанатичное меньшинство?! Их многие миллионы, этих экстремистов и фанатиков. Многие миллионы, для которых мертвый или живой бен Ладен – это легенда, подобно Хомейни. А бен Ладен — это макушка горы, уходящей основанием в бездну. Главный герой этой войны не Усама бен Ладен. И даже не та страна, которая его приютила или породила. Главный герой этой войны – гора. Та гора, что за 1400 с лишним лет не двинулась из пропасти своей слепоты, не открыла своих дверей перед завоеваниями цивилизации, знать ничего не желала о свободе, демократии и прогрессе. Неподвижная гора, которая, несмотря на постыдное богатство своих реакционных хозяев (королей, принцев, шейхов), и по сей день прозябает в скандальной нищете, ведет вегетативное существование в чудовищной темноте религии, не производящей ничего, кроме религии. Гора, что тонет в безграмотности (почти в каждой мусульманской стране количество безграмотных превышает 60%). Гора, где единственным источником информации являются комиксы, которые рисуют по заказу диктаторов-имамов. Гора, которая тайно завидует светскому образу жизни и возлагает на всех подряд ответственность за свою материальную и интеллектуальную бедность. Им кругом мерещатся враги ислама, которых они называют – исламофобы. Любопытно, почему тех, кто были против фашизма называли анти-фашистами, то есть противниками фашистов, а тех, кто против ислама, называют исламофобами, то есть теми, кто испытывает страх перед исламом? Не хотят ли нам намекнуть, что ислам страшнее фашизма?

Любую критику и осуждение в свой адрес эти люди воспринимают в штыки. И пусть на словах они будут твердить о том, что критика и осуждение религии это кощунство и оскорбление так называемых чувств верующих, но на деле, это обычное отсутствие разумных аргументов. Люди религии не привыкли вести дискуссии с оппонентами во многом потому, что в былые времена они особо с такими людьми не церемонились. Если ты имел своё личное — отличное от религиозного видение мира, то милость религиозного суда ограничивалась лишь предоставлением тебе выбора между обезглавливанием и сожжением на костре. Порой у тебя не было даже такого выбора, а изощрённости методам убийства и пыток могли бы позавидовать самые жестокие маньяки современности.

Все религии стараются либо заткнуть рот сомневающимся, либо расправиться с ними, что свидетельствует не о силе, а о слабости религии. Однако ни иудаизм, ни христианство уже давно не прибегают к пыткам и цензуре открыто. Ислам же не только начал с того, что приговорил всех сомневающихся к адскому пламени, но до сих пор оставляет за собой право выносить такие приговоры во всех своих владениях. На протяжении всей истории ислама любая попытка поставить под вопрос или хотя бы проанализировать его догмы влекла за собой немедленные и жесточайшие репрессии. Что, если не неуверенность в своих убеждениях, является причиной этому? И стоит ли  добавлять, что кровавые распри всегда бушевали даже внутри самого ислама?

Что касается так называемых чувств верующих, то каким образом религии удалось занять позицию, при которой она защищена от критики и осуждений? Почему любая другая сфера может подвергаться критике и осуждениям, кроме религий? В то же время, сами религиозные люди, а так же и их Священные Писания, никогда не стеснялись критиковать тот образ жизни, который они считали неправильным. Почему у нас есть полное право поддерживать ту или иную политическую партию, ту или иную экономическую модель, но иметь собственное мнение о возникновении Вселенной, о том, кто ее создал… нельзя, это священно? Кто сказал, что бросать вызов религиозным идеям запрещено? Глядя на вещи трезво, нет иных причин не критиковать и не осуждать религии, кроме устоявшейся привычки, которую внедрили сами же религии.

К каждому представителю религий нужно относится так, как он этого заслуживает. Никто и ни одно мировоззрение в мире не заслуживает автоматического уважения. Уважение нужно заслужить. Это первое.

Второе, уважение к религиям должно быть такое же, как и уважение к любому другому изучаемому предмету. И это будет более уважительным отношением, чем отношение самих религий к моему мировоззрению.

«Аллах над ними посмеется» (9:79). Надо мной смеется Аллах, почему бы мне над ним не посмеяться? Если он надо мной смеется, значит либо считает, что между нами довольно открытые отношения вплоть до прикалывания друг над другом, либо он меня вовсе не уважает. Я вообще ничего положительного от него в свой адрес никогда не слышал. Одни проклятия и угрозы. Плюс я почему то должен чувствовать себя ущемлённым от того, что я такой, и достойным избегания.

«О вы, кто верует! Себе в друзья вы не берите никого, помимо тех, с кем вы в одном кругу. Они не преминут вам навредить, они желают погубить вас, и в их устах уж ненависть сквозит. Но еще хуже то, что их сердца таят…» (3:118). С каким таким особенно почтительным уважением я должен относится к источнику, который ничего кроме ненависти ко мне не показывает? Это учение внушает одним людям то, что сердца других людей полны грязи, они недостойны ни доверия, ни дружбы, и последователи Ислама ВЕРЯТ в это безоговорочно.

Последователи Ислама полагают, что их ценности должны главенствовать над ценностями остальных.  Если людям хочется любить бедуина, который жил в VII веке, больше, чем собственных родителей — это их личное дело, но они должны понимать, что другим вовсе не обязательно принимать это всерьез. Но беда в том, что, если вы не принимаете это всерьез и не ведете себя соответствующим образом, вам будут угрожать физической расправой.

И опять вы услышите: «Это не правда! Мы не такие!», «Это всё СМИ виновато!», «А вот в Колумбии тоже людей насилуют», «Вы забыли про крестовые походы?», «Атеисты во всём виноваты!», «Смерть им!», а дальше уже конкретные действия.

Это тоже неправильные мусульмане? Вовсе нет. Это и есть пример поведения исламского пророка. Именно так он и поступал со всеми, кто смел не соглашаться с ним и высказываться по этому поводу.

Ибн Сунайна — иудей, который был убит по приказу Мухаммеда за то, что он иудей. Абу Афак — 120-летний поэт, был убит во сне по приказу Мухаммеда за то, что критиковал Мухаммеда. Асма бин Марван — поэтесса, мать пятерых детей, была убита во сне по приказу Мухаммеда за то, что критиковала его учение и политику.  Рабыня — мать двоих детей, убита своим хозяином во сне за то, что критиковала Мухаммеда, который оправдал это убийство. Одноглазый пастух был убит во сне за то, что пообещал не принимать Ислам и учения Мухаммеда, который оправдал это убийство. Рабыня — была убита по приказу Мухаммеда за то, что когда то пела сатирические песни про него. Все эти истории взяты из первой в истории книги о жизнеописании Мухаммеда, написанной мусульманином, спустя более сотни лет после смерти пророка.

И хотя Мухаммеда может оправдать то, что он был фактически правителем варваров и должен был быть жестоким, на дворе VII век – времена суровые. Но его последователей оправдать не получается. Сегодня XXI век, а мусульмане, как и прежде, если доходят руки до автора критики – убьют. Если нет, будут оскорблять, требовать извинений, подавать в суд, попутно жалуясь на тяжёлую участь мусульманина, религию которого все кругом норовят оскорбить.

Из совсем недавних случаев: покушение на Салмана Рушди, убийство обоих переводчиков его книг, а также убийство азербайджанского публициста Рафика Таги. Кто-то может подумать, что подобный террор, открыто спонсируемый главой государства (Хомейни, лично пообещал денежное вознаграждение за убийство писателя и гражданина другого государства) и направленный против одинокого и безобидного человека, посвятившего жизнь литературе, вызовет всеобщее осуждение. Но этого не случилось. В своих заявлениях и Ватикан, и епископ Кентерберийский, и верховный сефардический раввин Израиля выразили дружное сочувствие… аятолле Хомейни.

Сегодня многие религии встречают нас подобострастными улыбочками и распростертыми объятиями, как сладкоречивые торговцы на базаре. Они наперебой предлагают утешение, единение и радость. Но мы вправе помнить, как варварски они вели себя на пике своего могущества, когда отказаться от их предложения было невозможно. Если же мы вдруг забудем, как это было, достаточно бросить взгляд на те страны, где правила игры по-прежнему диктуют священники. В современном обществе жалкие остатки такого влияния сохранились на территории отдельных государств, да и во многих других государствах — в попытках религии контролировать образование, не платить налоги или законодательно запретить критику ее всемогущего и всеведущего божества, а то и его пророка. Остается только догадываться, каким образом им удается понять насколько сильно оскорблён критикой творец Вселенной или тот же Мухаммед. Кто уполномочен говорить от их имени сегодня?


Последователи организованных религий – вредители. Стоит вам приютить некоторое количество этих ребят в вашем доме и буквально через несколько дней они начнут осуждать и критиковать ваш образ жизни, навязывая вам попутно свои собственные ценности. При этом, если вы вздумаете возмущаться, они тут же завопят о несправедливом отношении к их ценностям и о нетолерантности по отношению к ним самим. Если вы пойдёте хоть на малейшие уступки, то при следующем вашем возмущении, вам вынесут смертный приговор. Истинно верующий не успокоится, пока весь мир не преклонит колени перед его верой. Неужели не очевидно, — скажут вам, — что религия превыше всего, а те, кто не признает ее власти, не имеют права на существование?

Я помню времена, когда религии в моей стране было намного меньше, чем сегодня, хотя население страны практически не увеличилось. Мой народ соблюдал религиозные традиции, но не ставил их во главу всего, не руководствовался в жизни религиозными догмами и не заменял все остальные сферы жизни религией. А сегодня они требуют особого к себе отношения только потому, что выбрали своим богом арабского Аллаха, которого их родители не особо почитали. И откуда только появилось столько фанатично преданных идеям Ислама людей, в возрасте от 40 до 50 лет? Я не помню, чтобы со мной по соседству росли фанатично настроенные верующие. Откуда они появились те, которые запросто могут требовать изменить, а то и вовсе запретить некоторые старые традиции или даже подправить пункты в конституции для удовлетворения их нужд. При этом всё это будет преподносится как должное.

Например, они весьма резко будут высказываться против праздника наступления весны — Новруз, объявляя его языческим, а значит мерзким и не богоугодным, настаивая при этом, что геноцид баранов на праздник жертвоприношения, сопровождаемый лужами крови и отрезанными бараньими головами вдоль дороги куда более нравственный, а главное богоугодный. И опять же, откуда то появилась куча маленьких детей в хиджабах, со своими родителями в основном мамами и бабушками тоже в хиджабах и с Коранами в руках, протестующих против запрета на ношение хиджабов в средних школах. Сколько я себя помню, в школах нам запрещали находится в головном уборе и никто не додумывался протестовать по этому поводу. Таковы были правила. Однако современные мусульмане требуют, чтобы правила поменяли и им (и главное – только им) было позволено находиться в школе в головном уборе. Вы скажете, ну подумаешь, пусть ходят в своих платках. Но к сожалению результаты подобного толерантного отношения бывают порой грустны.

21 февраля 2006 года Верховный суд США постановил освободить церковь в штате Нью-Мексико от закона, распространяющегося на всех остальных, который запрещает употребление галлюциногенных наркотиков. Ревностные последователи церкви Centro Espirita Beneficiente Uniao do Vegetal верят, что могут общаться с богом, только употребляя чай под названием оаска, содержащий запрещенный галлюциногенный наркотик диметилтриптамин. Обратите внимание: достаточно того, что они верят тому, что наркотик помогает им стать ближе к богу. Они не обязаны представлять доказательства. К счастью, наши мусульмане верят, что бог хочет видеть их женщин с покрытыми головами. Это куда лучше наркотиков. Но кто знает, что еще они попросят изменить, если в этот раз пойти на уступки. Возможно, они захотят построить мечеть, на месте театра оперы и балета. Тем более, что по мусульманской культуре – опера, это — стыд и великое преступление.

Вот вам другой пример. Огромная палатка, которая в 2004-ом году обезобразила Соборную площадь во Флоренции. Огромная палатка, установленная мусульманами из Сомали… Сомали – страна, где в 1993 году семнадцать морских пехотинцев-миротворцев были убиты, а над их трупами надругались. Мусульмане из Сомали установили эту палатку, чтобы выразить протест итальянскому правительству, в кои-то веки усомнившемуся: стоит ли продлевать их паспорта и разрешать въезд полчищам их родственников: матерей, отцов, братьев, сестер, дядек, теток, двоюродных братьев и сестер, беременных жен, а следовательно, по цепочке, разрешать въезд родственникам их родственников. Палатка была разбита около архиепископского дворца, на тротуаре, где они по привычке выставляли ботинки, тапки и бутылки воды, которой они моют себе перед молитвой ноги. Палатка была размещена прямо перед Собором Санта Мария-дель-Фьоре и в нескольких шагах от Баптистерия. Она была меблирована, как квартира: столы, стулья, шезлонги, матрасы, примусы, чтобы готовить еду и заполнять всю площадь гарью и запахом специй. И все нараспашку. Плюс электрическое освещение плюс магнитофон, откуда шел голос муэдзина, взывающий к правоверным, попрекающий неверных. В дополнение к общей картине – желтые полосы мочи оскверняли тысячелетний мрамор Баптистерия, так же как и его золотые двери… Далеко же стреляют струи сынов Аллаха! Баптистерий обнесен решеткой, а они через решетку попадали на расстояние более двух метров. Желтые полосы мочи, зловоние экскрементов, перекрывающих вход в Сан Сальваторе-аль-Весково, изумительную романскую церковь IX века, прямо рядом с площадью, и которую сыны Аллаха превратили в отхожее место, как и церкви Бейрута в 1982 году. Люди должны об этом знать.


Ислам претендует на очень многое. Он не просто требует рабской покорности от своих последователей, но и ожидает почтительного отношения от всех остальных. Отвергают требования обосновать свои утверждения, требуя привести обоснования отрицаниям этих утверждений. Оскорбляя, требуют уважения. Нападая, требуют пощады. Проявляя агрессию, требуют толерантности. Закрывая Мекку для всех, кроме мусульман, не прекращают вещать об универсальности своей религии. Рассуждая о блаженстве в мире ином, требуют власти в мире этом. Может он и не зарождался с такими идеями, но это есть Ислам и это будет Ислам. Или вы хотите ожидать чего-то большего от людей, которые и любят с именем Аллаха, и убивают с именем того же Аллаха?

Приведу всего один пример. Все монотеистические религии, и Ислам в их числе, восхваляют и считают основателем своей религии человека по имени Авраам, он же Ибрахим, который примерно 2000 лет до нашей эры был готов убить своего сына только потому, что он услышал голоса в своей голове. Каприз, который в последнее мгновение останавливает занесенную руку сыноубийцы, при этом именуется божественным милосердием. За аналогичный поступок, с аналогичной оправдательной речью про голоса в голове, примерно в 2000 году уже нашей эры, светский суд признал подсудимую Андреа Йетс психически нездоровым человеком. По идее, религиозные люди должны были встать на защиту этой женщины, так как её поступок абсолютно ничем не отличается от поступка святого основателя религий. Однако этого не случилось. Напротив, религии осудили общество, признавшее эту женщину психически нездоровой, обвинив это общество в том, что именно избранный ими неправедный путь является причиной появления подобных убийц.

Стоит ли надеется на какую-либо объективность со стороны людей, размышляющих подобным образом? Они напоминают мне этап становления американского государства, когда кучка верующих в Христа рабовладельцев утверждала о том, что все люди имеют равные права. Каким способом мышления должен обладать человек, чтобы верить подобным идеологиям, и даже приходить к каким-то умозаключениям и выводам на их основании?

Дело в том, что парадокс этот скрыт в самом сердце религии. Три великих монотеизма учат человека самоуничижению, ибо все мы несчастные грешники на милости гневливого и ревнивого бога, слепившего нас то ли из глины, то ли из других подручных средств, в зависимости от религии. Молитвенные позы обычно имитируют поведение раба в присутствии вспыльчивого монарха. Они демонстрируют вечное подчинение, благодарность и страх. Человек всю жизнь обязан просить прощения за свои грехи, даже если он их не совершал, иначе небесный диктатор может пожелать, чтобы тот их совершил и тогда он их непременно совершит. Жизнь — невеселая штука, предназначенная только лишь для подготовки к тому свету, но одновременно — это щедрый подарок от небесного диктатора. Противоречие на каждом дыхании. Тем более, что вслед за этим, религия, словно в порядке компенсации, учит людей крайней самовлюбленности. Она заверяет, что бог лично заботится о каждом человеке, утверждает, что космос был создан специально для людей, и вообще всё созданное, существует только ради человека. Может этим и объясняется надменность на лицах тех, кто верит с показным рвением? Это – желание быть рабом. Это желание, чтобы была неизменная и постоянная тираническая власть над тобой, которая может уличить тебя в мыслепреступлении, даже когда ты спишь. Которая может и должна подчинить тебя абсолютному надзору 24 часа в сутки, каждую секунду твоей жизни, и даже до того периода, пока ты еще не родился, и даже (что еще хуже) после того, как ты умрёшь. Это — Небесная Северная Корея. Кто может желать такого для себя? Только раб. Только раб может желать себе такой мерзкой судьбы. Вы информированы о Северной Корее? Этой страной управляет мертвец. Ким Чен Ир — только глава партии и армии, но не глава правительства и государства. Его мёртвый отец Ким Ир Сен занимает этот пост. Это – некрократия. Отец, сын… еще один человек и будет уже Троица. Всё, что творится в Северной Корее — это абсолютная и бессердечная тирания, которую когда-либо воздвигали человеческие существа. Но по крайней мере, вы можете либо тупо сдохнуть, либо уехать из Северной Кореи. Коран и Библия вам даже такую свободу не даст. Тирания, власть над вами и разрушение вашей личности еще только начинается, когда вы умираете. Это жестоко и мерзко.

Градус религиозного фанатизма колеблется в зависимости от страны и времени, но одно можно сказать точно — религия никогда не будет, да и не может довольствоваться своими наизамечательнейшими догмами и преграндиозными обещаниями. Она будет вмешиваться в жизни неверующих, и даже в жизни последователей других вероучений. Здесь нечему удивляться, если учесть, что религию придумали люди, поэтому недостаток уверенности в собственной пропаганде она компенсирует нетерпимостью, агрессией, а порой и жестокостью к тем, кого считает конкурентами.

Сегодня имя Имадеддина Насими известно миллионам. Даже предки-родственники его палачей знают это имя. Но кому известны имена палачей? Они есть разве что в летописи тех времён — на документе, который хранится в музее. Но даже их предки-родственники стесняются произносить их вслух и называть их своей роднёй.

Одна из главных задач, стоящих перед нами — научиться говорить о самом сокровенном — этике, духовном опыте и неизбежности человеческого страдания — на языке, свободном от иррациональности. Ничто так не мешает достижению этой цели, как уважение, с которым мы относимся к религиозной вере. Но чем она заслужила такое к себе отношение? Религия — единственная область нашей деятельности, в которой людей ограждают от необходимости подкреплять свои убеждения какими бы то ни было доказательствами. Между тем, эти убеждения зачастую определяют то, ради чего человек живёт, ради чего он готов умереть и – что случается чаще — ради чего он готов убить. Как получается, что убеждение, от которого зависит не только своя, но и чужая жизнь, не должно иметь никаких доказательств?

В поисках ответов на эти и другие вопросы, следует учитывать хотя бы следующие точки зрения людей, которые не объединены какой-либо общей идеологией. Во-первых, мнение о том, что религии придуманы людьми нельзя игнорировать или запрещать. Во-вторых, этика и нравственность никак не связаны с верой в бога и не могут основываться только на религии. В-третьих, оправдывая свои ритуалы и догмы божественным происхождением, религия не просто находится за пределами нравственности – она в большинстве случаев противоречит ей. В четвёртых, свободу слова пока еще никто не отменял и каждый вправе высказываться по любому вопросу, который вынесен на всеобщее обозрение так, как ему подсказывает его разум.

До некоторых пор, на одном местном портале эти пункты учитывались и это стало причиной  привлечения на данный ресурс ряда интересных людей, с разносторонними взглядами на жизнь, что рождало много интересных для обсуждения тем, часть из которых приведена ниже. Сегодня данный ресурс представляет интересы только монотеистов преимущественно исламской направленности и за критику в адрес религий вам перекроют доступ на портал, предварительно подняв на смех низкокачественным юмором под общее улюлюкание последователей небесного Ким Ир Сена. Достаточно лишь упомянуть о пункте в правилах, запрещающем оскорбление Единого Бога, но позволяющем оскорбление всех других богов. И не важно откуда берутся остальные боги, если этот – единственный. Важно то, что свои ценности они ставят гораздо выше любых других, по их мнению достойных быть уничтожеными, подобно бамианским статуям Будды.

«Каждая доисламская статуя будет разрушена. Каждый доисламский символ будет уничтожен. Каждый идол, осуждаемый пророком, будет стерт в порошок». Так гласил приговор исламского Верховного суда Кабула. Этот вердикт был вынесен 26 февраля 2001 года. Не 1001-го. Затем началось разрушение. Сначала это были пулеметные очереди в лица Будд. Отлетали носы, разлетались на мелкие части подбородки, постепенно исчезали щеки, крошились руки. В конце концов окончательная казнь — два оглушительных взрыва. Две огромные статуи, вытесанных прямо в скале, возвышающихся над равниной Бамиан превратились в пыль. Тысячу лет назад каждый караван, приходящий из Римской империи и уходящий на Дальний Восток, или с Востока шедший в Рим, непременно пересекал эту равнину, где пролегал легендарный Шелковый путь и смешивались все культуры. Старший Будда (III век н. э.) был 35 метров высотой. Второй (IV век н. э.) – 54 метра. Обе статуи спинами были влиты в скалу и обе были покрыты разноцветной росписью: симфония красного и желтого, зеленого и голубого, коричневого и фиолетового. Их лица и руки были золотыми, и на солнце они блестели, как гигантские ювелирные украшения. Внутренняя поверхность ниш была покрыта фресками тончайшей работы. До прихода талибов все краски фресок были в прекрасном состоянии… Как хладнокровно они убили их! С каким холодным прагматизмом и удовольствием они совершили эту низость! А ведь они действовали не в порыве бреда и не во внезапном и сиюминутном припадке слабоумия. Они действовали осознанно. Они искренне верили, что совершают богоугодное дело.

И среди них еще возникают такие, которые гордо оправдывают подобное варварство, призывая забыть языческое прошлое. Они даже слышать не хотят о том, что на свете есть люди, которые испытывают такое же благоговение к предметам прошлого, как мусульмане перед могилой пророка и его Кораном. Любой предмет Прошлого это свидетельство того, чем мы были, что делали. Прошлое будит любопытство сильнее, чем Будущее. Будущее – это только гипотеза, вероятность, предположение, то есть – нереальность. В крайнем случае, это надежда, которую мы пытаемся воплотить через мечты и фантазии. Прошлое, наоборот, – это уверенность, конкретность, установленная реальность, школа, без которой нам не обойтись. Кроме того, всякая вещь, пережившая Прошлое, ценна, потому что она олицетворяет победу над временем, которое истощает и убивает. Она внушает надежду на то, что победа над Смертью возможна. И так же как культовое чудо Стоунхенджа, как дворец Миноса в Кносе, как пирамиды по всему миру, как Парфенон, как Колизей,  так и двое Будд Бамиана давали все это. Но преступники, почитатели Аллаха, разрушили их. Убили их.

И будьте уверены, что если в вашей стране установится шариат, то и вам придется расстаться со своими Буддами. А пока они будут всячески стараться убить или хотя бы заглушить ваши мысли там, куда доходят их руки.

В статье использованы мысли Кристофера Хитченса, Орианы Фаллачи, Ричарда Докинза и Сэма Харриса 

Реклама
%d такие блоггеры, как: